Semantics: The Conweb Of Words

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Semantics: The Conweb Of Words » На долгую память » Гостиная


Гостиная

Сообщений 31 страница 60 из 178

31

Михаэль некоторое время молча, как зачарованный, смотрел на Грэма. Вдруг что-то его отвлекло. Несколько секунд он неотрывно смотрел сквозь впорхнувшую в гостиную девушку, не совсем понимая, кто она и откуда взялась. Спать хотелось все сильнее, и мысли о репетиции ушли далеко на второй план. Наконец, до него с большим запозданием дошел смысл фразы, брошенной гриффиндоркой. Еще некоторое время он пытался вспомнить, как ее зовут, даже вполне успешно...
- Эммм простите , я вам не помешаю?
- Нам - нет, - хмыкнул он. - А мы тебе сильно мешаем?
Он хотел добавить что-то вроде "это исключительно твои проблемы", но заставил себя сдержаться. В конце концов, ну что она такого страшного сказала? Да, он эту девушку не особо любил... но это же не повод сразу ругаться! А вот если она ответит "да", то тут уже можно будет и развернуться... Настоятельной потребности в скандале у Михаэля в данный момент не было, он был вполне умиротворен и доволен жизнью. Ха, еще бы это было не так, в объятьях Грэма... Если бы еще их никто не дергал, Кромма можно было бы назвать абсолютно счастливым. Но такой роскоши им не позволяли: на улице что-то не понравилось профессору Смитчел, здесь - гриффиндорской старосте...
Несколько удивленного тона, выразительно скрещенных рук и общего впечатления некоторого недовольства происходящим, которое, как показалось, производила сейчас мисс Де-Тре, было явно недостаточно, чтобы заставить Михаэля хоть как-то переменить позу, а уж тем более, выбраться из любимых объятий! Поэтому он только бросил на ближайшее кресло мешавшуюся в руке шляпу, отвел прядь волос с лица и выжидательно посмотрел на девушку.

0

32

Кэти, как-то неудачно перевернувшись во сне, внезапно проснулась. Первой мыслью, возникшей у неё, был вопрос, где она находится и как тут оказалась. Так... Мы с Несс напакостили Гермионе... А потом... потом... Потом мы спустились в гостиную... И, кажется, уснули, - подвела итоги девушка. Но проснуться только из-за того, что она неудачно перевернулась, Рина навряд ли могла... И правда. Через несколько секунд она заметила стоящих неподалёку Грэма с Михаэлем, а на подлокотнике кресла Ванессы сидела Джесси.
- Всем доброго утра, - улыбнулась гриффиндорка, потягиваясь. - Что у нас тут за сборище? Всех коллективно наказали лишением похода в Хогсмид? - поинтересовалась Катарина, подозревая, что не так уж и далека от истины.
Хотя Джесси, вроде, и не собиралась никуда идти... По крайней мере во дворе я её точно не видела. Или у меня склероз. Да нет, не в такой же процветающей форме, правда? Ну, хочется пока ещё на это надеяться. Кстати, почему Михаэль у нас в гостиной? Репетиция, что ли? Или просто неохота было у себя сидеть? А, ладно, сами всё сейчас расскажут, - решила Кэт, обнимая колени и вопросительно смортя на парней. Почему-то ответа она подсознательно ожидала именно от них, а не от Джесси.

+1

33

Если-бы вы мне мешали , то вас тут уже бы не было ...
Натура Де-Тре заставляла добиваться всего и всегда , что собственно говоря перешло по наследству , от отца который был Слизеринцем .
- Хм ... я так не думаю ...
Джессика пыталась вспомнить где она видила Слизеринца , но ее мозг был не в состоянии думать .
Знакомое лицо ... ах точно на уроке профессор назвал его мистер Кромм , а имя ? Хотя какая мне до этого разница .
Девушка положила ногу за ногу и внимательно оглядела все тут происходящее .
Мир сошел с ума ...
Тут она посмотрела на проснувшуюсь Катрину .
- Доброе-доброе ... в Хогсмит ?
Девушка слегка удивилась .
Я что-то забыла ? Хогсмит ?

Отредактировано Jessy De-Tre (2008-05-02 12:18:01)

0

34

Сонное царство, окутавшее гостиную, вызвало у Грэма исключительно положительные эмоции. Какие они все милые, когда спят, - умилился он. – А главное - тихие! На самом деле он был бы непрочь поболтать с подругами в такой спокойной обстановке, но раз уж они так сладко спят...Зачем мешать людям. Эту мысль он не замедлил выразить вслух:
- Конечно, пощадим. - Пол перевел взгляд на Михаэля. - Если мы не будем мешать им, они не будут мешать нам... - Он улыбнулся краешками губ и осторожно склонился к его лицу...
- Эммм простите , я вам не помешаю?
Какого черта!.. Стоунфайд с трудом удержался от весьма нецензурного шипения в адрес вошедшего. Умеют же люди появляться так невовремя! Несколько мыслей в долю секунды сменили друг друга: первой было высказать всё, что он думает по поводу своевременности подобных вопросов, второй - просто проигнорировать и таки начать то, что собирался... Несколько секунд разрываясь между этими вариантами, Грэм всё же с неохотой распрямился и ответил одновременно с Михаэлем, но прямо противоположное:
- Конечно, помешаешь, разве незаметно?
Только тут он установил личность вошедшего: Джесси Де-Тре, которая не особо жаловала слизеринцев и неоднократно высказывалась на тему их пребывания в гриффиндорской гостиной. Вслед за ее появлением проснулась Катарина. Это сегодня карма какая-то, - мысленно вздохнул Грэм, не выпуская Кромма из объятий. - Впрочем, от нее есть и немало плюсов!
- Наказали лишением похода в Хогсмид? - переспросил он у гитаристки. - Скорее уж, наказали разрешением похода туда. Хотя...я уже склоняюсь к мысли, что мы сегодня никуда не пойдем. - Он вопросительно взглянул на Михаэля. - Правда? Мне кажется, мы уже там нагулялись...
Уютная полупустая гостиная совершенно не располагала к тому, чтобы ее покинуть. Возможно, это лень, а возможно - здравый смысл, но Пол считал, что прогулка по магазинам, да еще под присмотром Снейпа, не стоит круглосуточного шатания по морозу. Все интересные места они обошли еще ночью, так что делать там уже особо нечего...
- Кстати, Кэт...как там ваши планы кровной мести? Разработаны или даже осуществлены?
Во дворе Ванесса обронила что-то об "идейке, как отомстить Грейнджер". Грэм тогда не придал этому особого значения: обиду девушек можно понять, есть ли смысл у их конфликта - уже труднее, но в любом случае, вряд ли они планируют что-то опасное. Вот обидное - возможно. Стоунфайд всегда хорошо относился к Гермионе и не хотел, чтобы его подруги слишком увлеклись...По возможности, лучше это проконтролировать. Мало ли!.. Не хотелось бы, чтобы Катарина тратила время на отрабатывание наказаний вместо репетиций.
Торчать столбом на месте ему изрядно надоело. Без лишних слов он направился к ближайшему свободному креслу, утянув за собой Михаэля, и уютно устроился с ним в обнимку уже там. Только положив подбородок на плечо друга, он позволил себе расслабиться, закрыть глаза и довольно-предовольно улыбнуться. Окутавшее его умиротворенное удовольствие сложно было описать словами...

Оффтоп: У поста были долгие и мучительные роды, голова сегодня совершенно не соображает, так что извиняюсь, если где что несвязно...

+1

35

Кэти улыбнулась в ответ на слова Грэма.
- Почему же вас наказали разрешением? Тоже не горите желанием идти туда под присмотром Снейпа? - поинтересовалась девушка. Хотя ожидать от гриффиндорцев того, что они будут счастливы такой прогулке было более чем странно. С другой стороны Грейнджер радовалась... Хотя это уже отдельная история, - мысленно усмехнувшись, Рина услышала слова басиста о том, что они с Михаэлем уже нагулялись в Хогсмиде. А вот это уже интересно...
- И когда же вы успели нагуляться в Хогсмиде, если не секрет? - полюбопытствовала гриффиндорка, вопросительно смотря на парней. Тут заговорила Джесси, явно успешно забывшая про прогулку.
- Да, Джесси, у нас сегодня поход в Хогсмид. И, плюс ко всему, вместе со Снейпом, - усмехнулась Катрин. А всё-таки хорошо, что нас тут оставили. Выспались нормально, в кои-то веки. А то постоянно не дают поспать.
В этот момент Стоунфайд поинтересовался насчёт планов кровной мести и Кэт задумалась. С одной стороны, говорить неправду не хотелось... С другой - если сказать правду, это вряд ли кому-то понравится. А уклониться от ответа вряд ли получится, к сожалению. Да уж... Может, просто сказать, что всё уже осуществленно, но не уточнять, что именно? Да, пожалуй, это самый простой вариант будет... Мне так кажется. А может вовсе дождаться, пока проснётся Несс? Хотя нет, это, кажется, не скоро произойдёт. Мда...
- Осуществлены, осуществлены, - постаралась как можно беззаботней произнести эту фразу Катарина. Хотя Грэм знал её достаточно долго для того, чтобы не обмануться этой беззаботностью. Ой, чувствую, сейчас мне устроят допрос с пристрастием... Кинув взгляд на всё ещё спящую Ванессу, Кембери мысленно возмутилась. Нет, она хотя бы проснулась! Это что, опять мне всё выслушивать? А может повезёт и ничего мне говорить не будут? Хотелось бы на это надеяться...

+1

36

Михаэль не вмешивался в разговор. Ответ на его вопрос Де-Тре не давал повода к возмущению, да и не хотелось Кромму возмущаться... Ему вполне хватило вчерашнего общения с бывшей девушкой Грэма...
Для того, чтобы чувствовать себя нормально, Михаэлю периодически была необходима эмоциональная разрядка. Если он слишком долго жил спокойно, без скандалов, то у него начинало портиться настроение, парень становился хмур, молчалив, и вообще не слишком на себя похож. Все, кто считал, что знает этого странного психованного слизеринца хорошо, просто принимали это как одну из множества его причуд, и почти никогда особо не сердились. А те, кто действительно хорошо его знал, тем более не обращали внимания на такие заскоки.
Особенно тяжело бывало после летних каникул: ругаться с сестрой Михаэль себе запрещал, и приезжал в школу мрачный, недовольный, в первый же день ругался почти со всеми приятелями, а потом недели полторы мирился с ними обратно...
Разбуженная голосами, очнулась Катарина. Потягиваясь, поздоровалась. Михаэль ответил, но болтать ему не хотелось..
- И когда же вы успели нагуляться в Хогсмиде, если не секрет?
Михаэль усмехнулся. М-да, подробности вчерашнего вечера вспоминались смутно...
- Да днем, когда же еще... С нас хватило! - отозвался он.
В конце концов, Грэму надоело торчать посреди гостинной, и он утянул Михаэля к ближайшему креслу. Уютно в нем устроившись вместе с любимым человеком, Кромм окончательно прибалдел. Ему уже было абсолютно фиолетово, что говорят окружающие, и что, вообще, происходит вокруг. Михаэль не удержался и почесал Пола за ухом: тот слишком сильно напоминал довольного жизнью кота. Точнее, не кота, а более крупного представителя семейства кошачьих. Если точнее - леопарда. Причем эта ассоциация с кошачьим племенем возникала очень часто. Как и ассоциация с волком... Михаэль за два года так и не определился, на кого из этих двух замечательных зверей Грэм походил больше...
Эх... Иногда кажется, что в этой школе учится слишком много людей... Или нет, но они просто сильно рассредоточены в пространстве?
Михаэль задумчиво продолжал почесывать Пола за ухом, прикидывая, под каким бы предлогом утащить того отсюда. Так ничего и не придумав, мельком окинул взглядом гостиную, мысленно плюнул на всех, и решил, что "пусть завидуют! Главное, молча". Слегка повернувшись, он приник к губам Грэма, с наслаждением того наконец-таки целуя. И понимая, что ну просто до безобразия счастлив сейчас...
Пожалуй, у присустствующих (да, в прочем, у любого желающего) появилась отличная возможность быстро и надежно покончить жизнь самоубийством. Михаэль решил, что потревоживший их идилию, мгновенно (на самом деле, как только Михаэль достанет палочку) получит в лоб "Fere Conjiste" как минимум... А как максимум - он и на "Кедавру" был готов...

Любовь моя, а очепятки лень исправить, ннэ?) (Грэм)
Ой... Прости, солнце)) Все поправил, не сердись))

+1

37

- Да днем, когда же еще... С нас хватило!
Михаэль буквально спас Грэма от неудобного вопроса. С самого басиста сталось бы ответить непременно честно: слишком уж он расслабился, дорвавшись до кресла…и до Михаэля. Любимого, нет, обожаемого психа. Безупречного, прекрасного андрогина. Человека, жизнь без которого потеряла бы львиную долю интереса, привлекательности и того непонятного вкуса, который делает ее настоящей. Да, он был ненормальным; неправильным и необычным, и именно несчетные недостатки делали Михаэля единственным в своем роде, безумно от всех отличающимся…непонятным и потому неимоверно притягательным. Наверное, Грэм и сам был малость контуженым, если умудрился так безнадежно крепко влюбиться в эту злую шутку природы и судьбы…
Эй, ты! Приди в себя, извращенец влюбленный! Пол с трудом заставил себя отвлечься от мысленных дифирамбов любимому. А тот еще и начал почесывать его за ухом, от чего Стоунфайд вообще разомлел и только что не замурлыкал, потершись щекой о его ладонь. Главное, вслух ему ничего такого не ляпнуть, загордится еще. Впрочем…будто раньше никогда не говорил? Сегодня ночью, кажется, что-то подобное и плел. Причем километрами. А потом еще доказывал и грим его суперстойкий с лица оттереть не мог…
- Осуществлены, осуществлены, - тем временем легкомысленно отмахнулась Катарина.
- А можно с этого момента поподробнее? -  с лучезарной улыбкой поинтересовался он, открывая глаза и поудобнее обнимая Михаэля. Таким честным глазам Пол не верил никогда. Ну точно что-то натворили!Честно-честно, я же не побегу докладывать Гермионе или учителям. Ты же меня знаешь.
Грэм не надеялся, что добиться от Кэт правды будет легко: гитаристка периодически отличалась потрясающим упрямством и ненавидела, когда кто-то лез в ее дела. Но выяснить положение дел он решил твердо. Собственное благополучие еще не дает права забывать о других людях.
Ага, забудешь о них, как же. Каких моральных трудов стоило Грэму отвлечься от различных хороших мыслей по поводу исключительности Михаэля и не слишком хороших (а вернее, приличных) – о том, что с ним можно сделать! И ведь получилось же, всерьез увлекся разговором с Катариной…Так нет: этот коварный тип, бессовестный соблазнитель, видимо, заскучал без общения и решил срочно заняться чем-нибудь поинтереснее. Стоит ли упоминать, что вся забота и Гермионе и Кэт мгновенно вылетела у Грэма из головы? Временно, к их несчастью… Он с наслаждением принял поцелуй и крепче прижал Михаэля к себе. Боги, какое блаженство: знать, что любимый человек здесь, с тобой, навсегда... Держать его в объятиях и целовать, целовать до тех пор, пока он не поймет, что он для меня значит…И как все-таки хорошо, что он смыл грим. Иначе опять бы полчаса пришлось его смывать…
Пол не удержался от улыбки и, оторвавшись от Михаэля, несколько секунд просто смотрел в его глаза. А потом в очередной раз послал всё к лешему и вновь жадно его поцеловал, запуская одну руку в густые черные волосы, а другой машинально пытаясь найти застежки михаэлевой рубашки. К счастью, быстро сделать это на замысловатом костюме слизеринца не удалось, а потом Грэм опомнился, что они тут все-таки не одни, и излишне шокировать окружающих, пожалуй, не стоит. Не у всех ведь стальные нервы и полностью слетевшие к нулям моральные нормы…
- Эм…Катарина…так что ты там говорила про…Гермиону?
Стоунфайд нашел в себе силы справиться со свалившейся на него эйфорией. Почти. Михаэля  как-то не особо волновали его слабые попытки вернуться в реальный мир, и толком осуществиться он им не давал. Грэму дико это нравилось, только вот совесть немного смущало…но уж ее-то мнение уже точно никого не волнует!

+1

38

Господи, если ты есть, ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, ну пусть это не заканчивается… - Эта мысль была медленной, вялой и замкнутой в кольцо. Когда Грэм вдруг прервал поцелуй, Михаэль пискнул что-то возмущенно-невнятное, пытаясь сосредоточить мутный взгляд на лице любимого. Успел уловить он немного, но зато самое главное: ласковую улыбку, бесконечную нежность и любовь. Кромм попытался осмыслить происходящее, или, хотя бы, просто вернуться в реальность, но не успел… Когда пальцы Пола запутались в его волосах, а второй рукой тот начал нашаривать застежки рубашки, Михаэль прижался к нему крепче. Его ладонь прошлась по груди, плечу Грэма, сместилась на шею, скользнула по воротнику, расстегнула верхнюю пуговицу… и Грэм отстранился…
- Эм…Катарина…так что ты там говорила про…Гермиону? – выдавил он. Михаэль пару раз моргнул, пытаясь прийти в себя. Первым порывом было возмутиться и продолжить прерванное занятие, и он уже, было, решил так и поступить… когда осознал смысл сказанных только что слов. И вспомнил, что они-то, собственно, тут не одни, как бы этого ни хотелось. Представив, как все это выглядело со стороны, Михаэль довольно хихикнул. Совесть его не мучила, она была дама лояльная и в жизнь парня особо не вмешивалась, если только дело не доходило до любимых людей. Он просто сумел сложить один и один и сообразить, что если прямо сейчас не взять себя в руки, то все это зайдет… хм. Да куда угодно, если разобраться! Михаэлю-то было все равно: все и так прекрасно знали, что он псих, и ожидать от него можно чего угодно. А вот Грэму… На активное сопротивление тот был явно не способен и не настроен, так что с этим-то проблем не было… Просто потом он наверняка будет чувствовать себя неловко, и это если мягко говоря. Михаэль решил пощадить чувства парня, поэтому особо активно на срочном продолжении прерванного занятия настаивать не стал. Вместо этого он устроился поудобнее, обнял Грэма обеими руками и, решив вести себя хорошо, спокойно уткнулся носом в шею любимого.
Впрочем, надолго решимости не хватило. Присутствующие в комнате (кроме, конечно, Грэма) интересовали его в данный момент крайне мало, месть девушек Гермионе его так же не особо настораживала (ну что они такого страшного придумать могли?), поэтому Михаэль решил немножко – совсем чуть-чуть, честно-честно! – помучить Грэма. Да и «помучить» - это громко сказано. Так, немножко проверить его выдержку…
Не изменяя положения головы – оно его вполне устраивало, да и если окружающие ничего не заметят, так даже интересней! – медленно провел языком вдоль ключицы Пола. Пару секунд посмаковав такой знакомый вкус, осторожно прикусил кожу зубами, опять провел языком. Одновременно с этим он рукой (естественно, той которая была за спиной Грэма: зачем окружающим что-то замечать?) скользнул под рубашку любимого, провел вверх по спине, касаясь только кончиками пальцев…
Да уж, если он меня после этого не убьет – мне очень повезло, - думал Кромм. – С другой стороны, ну а что такого страшного я сделал? Сижу, молчу, весь насквозь такой тихий и приличный… самому тошно… Интересно, все-таки, надолго его терпения хватит? Хм… Хорошо-то как… Так, главное, самому не увлекаться… М-м-м… Нет, Михаэль, держи себя в руках, в конце-то концов! Вдох-выдох, вдох-выдох, вдо... Так, главное, вторую руку контролировать… чтобы не двигалась… Спокойно, Михаэль, спокойно… Хм… А все-таки, что будет, когда Грэму окончательно надоест? Даже предположить сложновато… Ну ничего, скоро я это все увижу… Да уж, Михаэль. Ты точно псих…

+1

39

На вопрос о том, где парни успели нагуляться, ответил Михаэль. И, как показалось Кэти, ответил не совсем искренне. Днём, говорите? И когда же был этот день? Кажется, только утро недавно прошло... Хотя ладно. Пусть что хотят делают, всё равно выяснить что-то более точное у них не удастся... А может оно и к лучшему. Грэм попросил подробности осуществления планов мести, но ответить Катарина не успела - к её счастью парни отошли к одному из кресел и, сев на нём, через некоторое время сплелись в поцелуе.
Первым желанием гриффиндорки было сказать им, что, вообще-то, тут есть и люди, не сильно привыкшие к их выходкам - под ними, правда, подразумевалась одна только Джесси, так как Несс всё ещё спала. Рина уже довольно давно успела привыкнуть к поведению своих товарищей по группе и внимания на это чаще всего не обращала. Но через несколько секунд девушка сообразила, что таким образом появляется шанс, что про их с Ванессой небольшую выходку забудут.
Лишь бы забыли, лишь бы забыли... Они, конечно, жаловаться Гермионе не побегут, но всё-таки... Кто их знает, в случае чего могут сдать, а нам это не надо. Нам бы вообще желательно, что бы староста ничего не узнала. Но тут ничего не получится - всё-таки не заметить такой погром и пауков... Это совсем слепой надо быть.
К сожалению Кэт, через несколько минут Стоунфайд, всё-таки оторвавшись от поцелуя, снова спросил про Гермиону. Да твою же... Несс, ну вот почему ты проснуться не можешь, а? Избавила бы меня от половины проблем, в конце концов-то... Так нет же! Одной придётся всё говорить... И, главное, как мне это сделать?.. Да уж, задачка...
- Я? Говорила? Ты что, я вообще молчала! - попыталась отшутиться Кембери. Но через некоторое время поняла, что в этот раз увильнуть от ответа никак не получится. Ладно, была не была... - Эм... А вообще, мы небольшой погром у неё в комнате устроили, - созналась Кэти, мысленно отметив, что если этот погром - небольшой, то она точно магла. Надеюсь, он не пойдёт проверять, на сколько этот погром небольшой? А то мне что-то не хочется выслушивать всяческие упрёки... Может, на слово поверит? Хотя нет, сомневаюсь я что-то в этом... Не знаю почему, но сомневаюсь.

+2

40

Поход в Хогсмит со Снейпом ?
- Скорее уж это точно наказание ...
Девушка театрально закатила глаза и удивлась когда услышала разговор про Грейнджер .
- А что Грейнджер ?
Поинтересовалась девушка . Де-Тре всегда любила быть в курсе дела .
Интересно , интересно ...
Девушка посмотрела на часы .
Эх ... скоро поход в Хогсмит со Снейпом ...

ОСС : Да пост суппер-маленький но мну надо спать ) Завтра испрвлю)
Ждем )) (Михаэль)

0

41

- Я? Говорила? Ты что, я вообще молчала!
Грэм даже растерялся и не особо понял: шутит Рина или нет? События последних нескольких минут, прошедшие без его участия, пролетели как-то мимо сознания… Он вопросительно уставился на гитаристку, ожидая разъяснений, и, к счастью, их получил:
- Эм... А вообще, мы небольшой погром у неё в комнате устроили.
- Небольшой? – Грэм недоверчиво покачал головой. – Ну-ну. Пакостница вы, госпожа гитаристка. Было бы…
Но Михаэль, похоже, решил всячески помочь девушке избежать нудных Грэмовых лекций, да и вообще любого его вмешательства в их дела. Пол с трудом подавил рефлекс выгнуться дугой от щекочущих прикосновений тонких пальцев и на мгновение замолк.
- …было бы из-за чего ругаться. – Он на секунду прикрыл глаза, наслаждаясь легкой лаской Михаэля. Издевается он надо мной, что ли… как специально, посреди разговора… - Я, конечно, многого не застал, но, по-моему, ваш конфликт изначально не был особо осмысленным. Ну, пошел бы с нами Снейп…так ведь от него и слинять можно! Главное – в Хогсмид выбраться.
Михаэль, искуситель ты мой, что же ты творишь-то… Я ведь скоро плюну на то, что здесь девушки, и тоже начну нагло к тебе приставать. И тебе ли не знать, до чего это может дойти? Ты же понимаешь, не можешь не понимать, что присутствие посторонних имеет для меня значение лишь до определенного предела…
- Конечно, Герм тоже сглупила. Она наказала вас, вы ее – всё по-честному… Только зачем это всё вообще было нужно, я всё равно не понимаю.
Грэм усмехнулся, представив, как это выглядит со стороны: один парень увлеченно ласкает другого, а этот другой в это время с невозмутимыми глазами и довольной улыбкой журит сидящую неподалеку девушку! Зайди сюда та же МакГонагалл, ее бы на месте инфаркт хватил от такого поведения своих студентов. Хм… Пока что, может, и не хватил бы… но пора бы уже исправлять ситуацию, иначе этот слизеринский змей со своими шаловливыми ручками и не менее шаловливым языком меня с ума сведет…
Он без лишних слов склонил голову, нежно ловя губами так соблазнительно выглядывающий из-за волос кончик уха. Металлический привкус сережки, шелковая кожа шеи, пульсирующая под прикосновениями языка артерия… Как хочется вонзить в нее зубы. У Михаэля потрясающая кровь: сладкая, с тем же металлическим привкусом, что и его сережка…специфическая, на любителя, но Грэм от ее вкуса терял голову. Вот только доставалась она ему крайне редко, чаще оставаясь изощренной мечтой, особой наградой: Грэм ненавидел причинять боль близким людям, Михаэлю в особенности. Ее и так было немало в жизни Кромма…
И думать забудь, кровопийца. Зато как хочется стащить с него рубашку… Собственно… А почему бы и нет? В следующий раз будет думать, прежде чем так меня распалять!
Стоунфайд нашел губы Михаэля, параллельно все-таки добираясь до застежек его рубашки. Одна ладонь скользнула по животу, другая неторопливо, одну за одной, расстегивала пуговицы. Последнее смущение оставило голову: что тут, совсем маленькие дети собрались, что ли? Практически все совершеннолетние… Грэм удовлетворенно выдохнул, справившись с последней пуговицей, и с нетерпением стянул тонкую ткань с плеч любимого. Господи, до чего приятно прикасаться к ним губами, до чего приятно ощущать так близко теплую обнаженную кожу, исследовать пальцами этот белоснежный торс, так живо отзывающийся на прикосновения и поцелуи… Грэм и сам не думал, что его так занесет. Наверняка не предполагал этого и Михаэль. Но оба были до неприличия довольны, и даже некоторое количество вынужденных свидетелей не могло ничего испортить. Скорее, наоборот: придавало остроты и интереса…

+1

42

Грэм продолжал о чем-то говорить с Риной, Михаэль не слушал. Одному Богу известно (легилиментов, к счастью, в этот момент поблизости не было, а то б они такого наслушались…), каких моральных усилий стоило несчастному слизеринцу ограничиваться этим ненавязчивым поддразниванием. Рука против воли хозяина то и дело порывалась двинуться то вверх, то вниз с таким энтузиазмом и упорством, что Михаэлю очень хотелось ее укусить…
Дьявол побери этот Гриффиндор! Ну почему мы не пошли в гостиную моего факультета, там же ни одной собаки сейчас нет! Нет, дернул леший сунуться сюда… Порепетировать, ага. Что, интересно, репетировать? Гр-р-р…
Внезапно Грэму, видимо, надоели наглые приставания Михаэля, и тот таки отреагировал. Вот только совсем не так, как ожидал Михаэль… Ожидал он, что тот отстранится, скажет что-нибудь укоризненное, как-то возмутится… В крайнем случае, извинится и вместе с ним выйдет из комнаты: это было бы самое желательное развитие событий (и чего Кромм не додумался до такого варианта сам и чуть раньше?). Однако он, видимо, сильно недооценил настроения любимого. Предсказатель чертов…
Пол слегка наклонил голову, коснулся губами мочки уха, зубами потянул за сережку…
Грэм, ты что делаешь, а? На нас, между прочим, люди смотрят! И ладно, Рина, она к этому более-менее привыкла… Скорее, менее, но все же… Но вот Джесси… Она же и так меня недолюбливает… И она твоя староста… И у нее может оказаться слабая психика…
Губы скользнули ниже, по шее…
Грэм, скотина, я же не железный! Я же сейчас сорвусь, сам же потом пожалеешь… как ты старосте в глаза потом смотреть будешь?! Это у меня мораль гибкая, Рина, может быть, поймет… я же точно сейчас сорвусь, и так терплю сверх возможного!
Рука проворно расстегнула рубашку, скользнула по коже, обжигая…
М-м-м… Хорошо-то как… Ох, Грэм… сволочь ты… скотина… Будь ты проклят, извращенец… как же я тебя люблю! Мрррр… - Михаэль поспешно расстегнул пуговицы на рубашке любимого, прижался всем телом…
Боги и демоны, да пусть они все летят в тартарары! Пусть сюда хоть все профессора вместе с призраком Дамблдора являются… Как же хорошо… Обнимать его, целовать, чувствовать его рядом… Непозволительно близко, чтобы сдержаться! На все плевать, лишь бы он был здесь… Аморально? Не подобает? Ха! Плевать… я так хочу… Великий Мерлин, я жить без него не могу! Хочется вот так целовать его… и писать стихи… и петь, кричать об этом на весь мир, и плевать, если это миру не понравится!
Ты видишь все, Небо! – я жить без него не могу…
Завидуешь, Небо? Завидуют только врагу…
Быть праведным, Небо? Покоиться лучше в гробу…
Мы прокляты, Небо? Вдвоем будем даже в аду!
Разделишь нас, Небо? Я в бездну за ним упаду…
Изменишь нас, Небо? Его я любого найду…
Ты… знаешь что, Небо… Мечту загадай на звезду…
Закрой глаза, Небо. И негой наполни Луну…

Михаэль, идиот, ну что ж вы делаете, а? – вяло начала протестовать совесть. – Вы же не одни… Вас же за это накажут… это же развратное поведение в публичном месте! Вас же исключить могут!!
Заткнись, - буркнул Михаэль в ответ на эти бессвязные лопотания и нашел губами губы Грэма.
Ну, ты хоть о Грэме подумай! – в последней попытке возопила совесть. – Это тебе все равно, извращенцу с диагнозом и белым листком, а он-то раньше нормальный был! Ты представь, как все это со стороны выглядит! Ну, вы же не одни…
Да иди ты! – отозвался Михаэль. – Он сам виноват… не надо было меня так откровенно провоцировать! Соблазнитель со стажем…
Ты первый начал!
Я псих и слизеринец, мне можно! К тому же, я совсем чуть-чуть, а он? И вообще, отсохни… Тебе разве не нравится?
У совести возражений не нашлось. Ей действительно все происходящее очень нравилось. Она сделала последнюю попытку вразумить Михаэля, чуть ли не сквозь слезы прорыдав: «Ну, вы хоть уйдите куда-нибудь! У Грэма же тут комната! Ну, я не знаю… Да, хоть в коридор выйдите, мать вашу!!»
Рука Михаэля скользнула к брючному ремню Пола, а губы, прервав поцелуй, едва слышно промурлыкали на ухо:
- Милый, мы тут и продолжим, или все-таки выйдем куда-нибудь?

+1

43

Кэти, что-то пробормотав в ответ на вопрос Джесси, дав понять, что скажет всё несколько позже, вновь стала ждать ответа Грэма. Ну, посмотрим, что мне хорошенького скажут, - мысленно усмехнулась девушка, уже не боясь, что ей достанется. Так, стоп. Джесси же староста! Вот блин... Так, нельзя ей говорить, что мы натворили, а то тут точно достанется. Стоунфайд всё-таки решил начать свою лекцию и Рина мысленно сжалась, втягивая голову и надеясь, что достанется всё-таки не сильно. Но, вопреки всему, басист ограничился замечанием, что она пакостница, в ответ на что гриффиндорка мило улыбнулась, показывая, что и не сомневалась в этом. Парень на несколько секунд умолк перед тем, как продолжить фразу, и Кэт уже подумала, что сейчас ей всё выскажут, но... Как ни странно, нет. Грэм только сказал, что ссориться было не из-за чего, а Гермиона сама виновата. Катарина чуть не упала с кресла. Первой мыслью было поинтересоваться, не заболел ли случайно Стоунфайд, но, кажется, говорилось это серьёзно.
Да мне сегодня везёт, оказывается! - удивлённо подумала Кембери, немного непонимающе смотря на басиста. Через некоторое время парни опять стали целоваться, всё на том же многострадальном кресле, и, кажется, останавливаться на этом не собирались.
Кинув быстрый взгляд на Джесси, Кэти каким-то шестым чувством поняла, что если её друзья не остановятся, то достанется всем. Ой... Да уж, ну они и дают! Могли бы хоть до комнаты Грэма дойти, - подумала девушка, отворачиваясь к окну и закрывая рот ладонью, чтобы не рассмеяться. Чем-то вся эта ситуация веселила Рину, только чем именно она сама не могла понять.
Так... А может, если рассмеяться, они хотя бы вспомнят, что тут ещё кто-то есть? Хотя нет, не вспомнят, наверное. Нет, я сейчас точно смеяться буду! Резко встав с кресла, Катарина отошла к окну, будто бы для того, чтобы полюбоваться пейзажем. На самом же деле теперь ей просто-напросто не надо было скрывать свою улыбку, да и появлялся шанс, что не смотря на Грэма с Михаэлем она успокоится и смеяться всё же будет. Ну, может быть...

Кэти, не выдержал, исправил пару откровенных опечаток  :) А то который раз их перечитываю, надоело... (Грэм)

+2

44

- Милый, мы тут и продолжим, или все-таки выйдем куда-нибудь?
Горячий шепот в ухо, щекочущее шею дыхание, чужая рука на ремне брюк… Смысл неожиданного вопроса был уже где-то на втором плане и никакой реакции вначале не вызвал: Грэм лишь снова требовательно приник к губам любимого, чтобы тот не отвлекался на какие-то глупые слова…
Всё, ту-ту, крыша, удачного пути! – отчетливо подумал Грэм. – Средь бела дня, в факультетской гостиной, без малейших угрызений совести уже чуть ли не занимаемся любовью…Ладно еще, что парни оба, но Михаэль еще и слизеринец! За одно его нахождение в нашей гостиной нам немало баллов вычтут, а тут такая компрометирующая ситуация! Школа же вроде как детское учреждение…то есть считается таковым…
Собственно, эти измышления интересовали Грэма исключительно с теоретической точки зрения. С практической же чего-то или кого-то, кроме полуобнаженного Михаэля, для него уже не существовало. Какая, к дьяволу, разница, где мы находимся и что происходит вокруг, если мы – вместе, и пусть сюда хоть Филч с камерой в первые ряды является, - плевать… Ему же хуже будет: нервы-то у старика уже ни к черту… где ему выдержать возмущение разъяренных гота и металлиста!
Реакцию Пола на свой вопрос Кромм, видимо, воспринял как призыв к дальнейшим действиям, и активно занялся хитрой застежкой ремня. Застежка и в самом деле была весьма хитрой. Даже сам Грэм неустанно проклинал ее пару раз в неделю, а уж Михаэлю-то приходилось с ней воевать несколько реже. На ощупь с ней расправиться не удалось, и слизеринец, ругнувшись, вынужденно отвлекся от поцелуя и вплотную занялся ремнем. Грэм попытался подвинуться, чтобы ему было удобнее, стукнулся локтем о подлокотник кресла и тоже душевно чертыхнулся. В голове невольно всплыл последний вопрос Михаэля.
- Пойдем-ка действительно выйдем. – Он мягко отстранил от себя любимого, поднялся с кресла…не выдержал, снова опустился на подлокотник и притянул парня к себе, не находя сил отпустить его от себя дальше, чем на пару десятков сантиметров. Нежно провел пальцами вдоль позвоночника, языком и губами – от груди к шее, оставив мокрую дорожку, с наслаждением припал к шее… Мрр…Черт, как вкусно… Нет, определенно, стакан крови бы сейчас не помешал, но чего нет, того и не будет… Лучше вообще зря себя не искушать. И чувствуется мне, никуда мы отсюда не уйдем…
Пол откинулся назад, потянув за собой Михаэля, и…ой, зря он это сделал. До затуманенного разума басиста как-то не дошло, что сидят они на подлокотнике, да еще боком, да еще вдвоем!.. От рывка Стоунфайда хитрющее кресло просто бесцеремонно отъехало назад, причем как-то на редкость криво и неожиданно; спина огнем проехалась по обивке, заодно чувствительно приложившись лопатками о подлокотник, и оба парня не особо удачно загремели на пол.
- … … … в … это гребаное кресло!! – с изумленной яростью выпалил Грэм первое, что пришло в голову. Он перевернулся на бок, попытался достать рукой до ноющей лопатки, поднялся и от души пнул коварный предмет мебели, учинивший им такую грандиозную подставу. И только потом соизволил окинуть взглядом гостиную, параллельно всё еще с досадой голосом осведомляясь: - Михаэль, ты в порядке?
Он протянул руку любимому. В голове зашевелилось что-то похожее на здравый смысл – наверное, при виде отвернувшейся к окну Катарины, спящей Ванессы и сидящей рядом с ней Джесси. Елки-иголки и прочая растительность… А вот про них-то я и забыл…
Стоунфайд ощутил легкий укор совести, представил, что сейчас думают девушки, мысленно воспроизвел в памяти события последних нескольких минут…и от души захихикал себе под нос, поняв пошловатый комизм ситуации. Верно иногда Михаэль говорит: с кем поведешься, от того и блохи! С Амандой мы таких сцен не устраивали… правда, это в большей степени ее заслуга, чем моя: у меня и до знакомства с Кроммом не всё в порядке с головой было. А уж после…

+1

45

Примирившись с помощь этого простого проявления сознательности с неугомонной совестью, Михаэль смог спокойно (читай – отчаянно и страстно) ответить на поцелуй любимого. Нет – так нет, он особо и не настаивал. Да и ответ его, кстати, не очень волновал… Вместе с совестью умолкли и чахлые поросли здравого смысла, и вообще разум выпал в нирвану. Михаэль напрочь забыл, где они находятся, какое сейчас время суток, день, месяц, год… Сейчас он был способен воспринимать только жадные губы любимого, его нежные прикосновения… Самому касаться гладкой кожи, ласкать пальцами и губами… Это была та степень безумия, которую Михаэль просто обожал. В объятьях Грэма он терял голову, но находил что-то несравнимо более важное… Может быть, смысл жизни?
Некоторое время он на ощупь пытался разобраться с застежкой ремня Пола. Первой мыслью было просто изничтожить ремень как таковой, но для этого нужно было тянуться за волшебной палочкой, а для этого – отстраниться от Грэма. На такие подвиги Михаэль сейчас был не способен. Он вплотную занялся ремнем и даже уже почти сообразил помутненным сознанием (когда надо Михаэль мог соображать очень быстро), как победить эту злую шутку скорняка, как вдруг Пол поднялся на ноги, увлекая за собой и Михаэля.
- Пойдем-ка действительно выйдем, - мягко произнес он. Но Кромм даже пикнуть ничего не успел (а пикнуть он собирался ой как много…), как любимый осознал всю поспешность и неуместность собственного поступка, и притянул Михаэля обратно. Губы начали ласкать шею, пальцы прошлись по спине… Кромм запустил руку в волосы Пола, второй вцепился в плечи, послушно подаваясь вперед…
Шорох, падение, мат Грэма… Михаэль не успел сообразить, что произошло: вроде бы только что все было так замечательно и потрясающе… А тут вдруг он уже на лежит на полу, и ощутимо ноет ушибленное при падении плечо и затылок.
Рефлекторно он сел, морщась и потирая затылок. Видимо, затуманенному страстью мозгу пошел на пользу качественный удар: там установилось некоторое подобие равновесия. Михаэль огляделся по сторонам… отметил встопорщившийся от движения кресла ковер… Грэма, пытающего дотянуться до собственной спины и пинающего кресло… стоящую у окна к ним спиной Катарину… сидящую в кресле гриффиндорскую старосту…
- Михаэль, ты в порядке? – не слишком довольным тоном поинтересовался Грэм, протягивая ему руку, дабы помочь встать. Вот только встать Михаэль уже не мог. Он откинулся на спину и смеялся. Нет, не так. Он рухнул обратно на пол, повторно шарахнувшись об него головой, и заржал. Сначала беззвучно, а потом уже в голос, с истерическими всхлипами.
В такие моменты понимаешь смысл фразы «Романтический момент потерян» - подумал Кромм, и его скрутил новый приступ смеха. Парень повернулся набок, согнулся пополам и захохотал с удвоенной силой, уже задыхаясь от нехватки кислорода и периодически издавая всхлипывающе-хрюкающие звуки. Потом самый жесткий приступ миновал, и Михаэль даже смог подняться: сначала на четвереньки, потом на китайский манер на коленки. Потом поднял взгляд на Грэма и вновь согнулся пополам, утыкаясь лбом в ковер. Смеяться вслух он уже не мог. Болел живот, перед глазами плыли цветные круги, но успокоиться он тоже не мог…
Это ж надо было так… Вот это финал… Гы-гы! Разошлись, понимаешь… Мерлин, действительно надо было в комнату пойти… Во девчонкам развлечение-то…
Михаэль с трудом выдавил:
- Ща помру… Гы! – и с еще большим трудом разогнулся. Опираясь на злополучное кресло, поддерживаемый Грэмом, он поднялся на пошатывающиеся ноги, все еще похохатывая… - Ой, не могу… - простонал он. – Блин, это ж надо…
Истерика постепенно утихла. Михаэль сумел вспомнить последний вопрос любимого, и даже ответить, утирая локтем радостные слезы:
- Пострадала только моя гордость, - он вновь истерично хихикнул. – Ну и, конечно, приказала долго жить вся прелесть последних минут, ага… Вот для чего, оказывается, кресла предназначены! – он автоматически потер затылок, который и болеть-то практически перестал… правда, шишка там образовалась весьма солидная, да еще и обидчивая: на прикосновение она ответила болью. Михаэль с шипением втянул воздух сквозь зубы. – Ой, нет, еще вот шишку поставил… А ты как? – поинтересовался он. И, не дожидаясь ответа, взял Грэма за плечи и повертел перед собой. Глянув на спину того, задумчиво хмыкнул. – Все, можешь не отвечать, уже вижу… Даже затрудняюсь предположить, на что это похоже больше: на ссадину или на ожог? Так, погоди, сейчас я…
Он скользнул к вешалке, из кармана пальто достал волшебную палочку. Усадил Грэма в кресло, на мгновение задумался, чем бы таким помочь. В итоге решил остановиться на двух простейших заклинаниях: первым делом с помощью «Anestesio» обезболил, а потом добавил «Episkey». Ссадина стала просто красноватым следом, а начинающий образовываться на месте ушиба синяк превратился в едва заметное желтоватое пятно. Пощупав травмированные части тела любимого и не обнаружив болезненной реакции, успокоился. Свою шишку он лечить не стал: может, это и попахивало суевериями или паранойей, но Михаэль предпочитал к своей бедовой голове никаких заклинаний не применять. Дабы не усугублять… С чувством выполненного долга он положил палочку на стол и взгромоздился на подлокотник кресла, слегка приобнимая Грэма за плечи: во-первых, чтобы не упасть случайно (одного раза хватило), а, во-вторых… Ну приятно же, все-таки.
- Все, по оказанию первой помощи мне можно смело ставить высший балл, - он довольно ухмыльнулся. – Гхм… нет, ну надо ж было так грохнуться! – он вновь хихикнул.

0

46

Простояв несколько минут лицом к окну, Кэти поняла, что зря надеялась на то, что желание рассмеяться пройдёт. Почему хотелось смеяться было не ясно, но, чтобы всё-таки хоть как-то себя сдержать, девушка, согнув указательный палец, прикусила его. Кажется, не помогло... Рина стояла и беззвучно смеялась, надеясь, что со стороны не видно, как ей весело.
Так... Успокойся. Ну, чего, в самом деле, смешного в этой ситуации, а? Нет, ну вот скажи, что тут смшного? - пытался достучаться до гриффиндорки её внутрений голос. Но как она могла ответить, если сама не понимала причину своего веселья? Правильно, никак... Никаких дельных ответов в голову не шло, но от размышлений Катарину оторвал звук отъезжающего кресла, падения, а следом - ругань Грэма. Навернулись, - мысленно отметила Кэт, уже поворачиваясь. Тут она, не выдержав, засмеялась в голос.
Картинка была та ещё - Грэм сидит на полу, потирая спину, Михаэль лежит и смеётся. И если гриффиндорец просто молчал, хотя по его лицу и было понятно, что это происшествие ему не сильно понравилось, то слизеринец ещё и пытался что-то говорить через смех. Только успокоившаяся было Катрин снова рассмеялась, вновь прикусывая палец, чтобы хоть немного успокоиться.
Через некоторое время ей это даже удалось, хотя на лице всё равно была весёлая улыбка, да и глаза тоже радостно блестели. Правда, почему радостно, непонятно... Видимо, её настолько позабавило падение парней и их последующее поведение. Решив, что всё-таки больше приступов смеха бояться нечего, Кембери вновь подошла к одному из кресел и уселась на него, весело смотря на товарищей по группе, которые тоже сидели на кресле. А Михаэль, не смотря ни на что, даже сидел на подлокотнике.
- Не боитесь опять упасть? - весело полюбопытствовала Кэти, так как молчать она просто уже не могла. Нет, ну они всё-таки дают... Интересно, как им вообще удалось так удачно упасть с этого кресла? Мне прямо-таки любопытно... Может, не стоило отворачиваться? Хотя нет, думаю, меня бы не поняли - сидит тут, смеётся не пойми над чем... В общем, ладно, - улыбнувшись своим мыслям, девушка поджала под себя ноги. Она вообще не любила сидеть нормально. Не важно, где - на стуле, кресле, диване... Ну, правда, на партах и столах Рина всегда сидела так же, как и все. Не считая того факта, что на столах чаще всего никто не сидел.

+2

47

- Не боитесь опять упасть? - весело поинтересовалась Катарина, явно пытаясь сдержаться, чтобы не расхохотаться в голос.
- Не-а, - беспечно фыркнул Михаэль, забираясь на подлокотник уже с ногами. Он все это время не мог согнать с лица радостную ухмылку, но при взгляде на чуть не лопающуюся Катарину уже не выдержал, и снова захихикал. - Да ладно уж, смейся... Ну, увлеклись немножко, с кем не бывает! - Михаэль продолжал скалиться, попутно прикидывая, что бы такое учудить. Первой мыслью было опять поприставать к Грэму, но, взвесив все "за" и "против", он эту мысль все-таки отмел: как истинный артист, повторяться он не любил. Потом парень вспомнил, что сидит он без рубашки и, исключительно чтобы чем-то заняться, спрыгнул с подлокотника, подобрал предмет одежды, и, накинув его на плечи, вновь сел на подлокотник кресла, рядом с любимым. В кресло устраиваться не стал: мало ли, чем это опять кончится? Михаэль достаточно хорошо себя знал, поэтому предполагал, что по прошествии некоторого времени смешинка улетучится, он вновь заскучает, опять начнет грязно приставать к Грэму… Короче, как уже упоминалось, парень не был сторонником повторов…
- Ах да, кстати… Вернемся к нашим баранам… Как я слышал, вы тут про Гермиону разговаривали… и не надо на меня так смотреть, я действительно все слышал! Ну, так вот. О чем это я? А! – он, на мгновение запнувшись, опять вернулся к застегиванию почему-то расстегнувшегося рукава. Немного его помучив, сообразил, что тот вовсе даже и не расстегнулся, просто оторвалась пуговица. Мельком оглядевшись и, естественно, не заметив небольшого черного кругляша, он, оставив попытки застегнуть не только рукав, но и рубашку в целом, продолжил. – Праведное возмездие там, это все ладно… А чего вы изначально-то не поделили? В чем, как говорится, смысл конфликта-то был? Просто насколько я знаю Герм, она обычно ни с того, ни с сего на людей не бросается, - Михаэль задумчиво развел руками и вопросительно уставился на Рину. Он пытался вспомнить… Этот процесс осложнялся еще и тем, что он никак не мог сообразить, что конкретно пытается вспомнить. Потом Михаэля осенило: стихи! Он точно помнил, что минут десять назад в его голове вертелось что-то… про небо, кажется… Мерлин, что же там было…
- Перо! – воскликнул он, подпрыгивая на месте. Нарезав пару кругов по гостиной, остановился в центре, потеряно оглядываясь. – Великий Мерлин, где найти перо… и бумагу… черт, черт, черт… - Вдруг, прерывая бессвязные бормотания, с торжествующим воплем парень кинулся к забытым кем-то на одном из столов листкам бумаги, перетряхнул всю стопку, откуда-то из середины выкопал чистый, сметая половину остальных. Листы красивыми белыми птицами взвились в воздух и медленно осели. Под листами Кромм обнаружил и перо с чернильницей.
Плюхнувшись прямо на пол посреди гостиной (Михаэль бы удивился, если бы ему кто-то об этом сказал, но он по какому-то наитию выбрал для себя точный геометрический центр помещения), он скрестил ноги в позе лотоса и на коленке начал записывать последствия собственного вдохновения. Вспоминая строчки, пощипывал зубами кончик пера, сосредоточенно глядя на ближайшее окно. Или, вернее, куда-то вглубь себя…
Ой, Грэм… Искуситель коварный… - между делом думал он. – Вечно меня с твоей легкой руки на лирику тянет… хм… рук… хм… и губ… горячих, жадных… Тьфу, пропасть! Михаэль, не отвлекайся! Что ж там дальше-то было?! А!
Стихотворение он вспомнил, и уже начал досочинять продолжение, углубившись в творческий процесс. И даже попутно успел расстроиться, что песня из этого получится вряд ли. Потом обрадовался тому же факту, решил во что бы то ни стало довести это странное творение до ума и непременно зачитать Грэму. Можно сказать, он его второй родитель! Михаэль снова хихикнул, потом тряхнул головой и бешено заскрипел пером.

0

48

---Внутренний дворик
За то время, пока она поднималась к гриффиндорской гостиной, Джоанна успела не раз порадоваться тому, что решила не идти в Хогсмид. В школе было так тепло и уютно. Это на улице холодный зимний ветер. пусть и с солнцем. Всё равно в помещении лучше. Зайдя в гостиную девушка увидела, что ни одна она решила провести свободное время в помещении. И что особенно хорошо - много людей которых она знала.
-Привет всем, - улыбнулась девушка, проходя ближе к камину. Она сняла уличную тёплую мантию и, повесив её на спинку одного из свободных кресел, сама села в него же. Конечно, можно было воспользоваться вешалкой, но могло понадобиться что-то из лежащего в карманах, а ходить взад - вперёд пока не хотелось.

0

49

- Ну и что вы ржете? – закатил глаза Грэм, при этом сам совершенно неуместно улыбаясь до ушей. При взгляде на катающегося по полу Михаэля и откровенно смеющуюся Катарину расхохотаться хотелось еще больше, но он решил, что трое истерящих подростков сразу – это, всё же, чересчур… - Алло, Юпитер! Поднимайся давай! – Он едва удержался, чтобы не потыкать носком стилла в бок Кромма. Наконец тот, не без помощи Стоунфайда, кое-как поднялся на ноги и даже (как ни странно!) смог членораздельно разговаривать:
- Пострадала только моя гордость. Ну и, конечно, приказала долго жить вся прелесть последних минут, ага… Вот для чего, оказывается, кресла предназначены!
- А ты что думал? – ехидно отозвался Грэм, невольно вспоминая про ноющую спину. – Это же самое эффективное оружие массового поражения! А что самое главное, всегда имеет эффект неожиданности!
Пол еще раз нехорошо взглянул на кресло, но никаких поползновений в его сторону совершать больше не стал. В конце концов, не виновата школьная мебель в том, что на ней сидят такие раздолбаи, которые не то что кресло – стол обеденный в Большом зале снесут и не заметят… Тем более Михаэль занялся лечением «боевых ранений» (или вернее было бы сказать «бытовых травм»?), как истинный джентльмен, начав с друга, а это к активным передвижениям не располагало.
- Ой, спасибо, - Грэм довольно потянулся, не ощущая больше несильной, но надоедливой боли. – А у тебя что с головой? – Он вспомнил словами Михаэля про шишку и слегка нахмурился. Последующие действия друга заставили его нервно хихикнуть: это чудо, по уши довольное своими врачебными успехами…догадалось вновь приземлиться на злосчастный подлокотник! – Хотя и так понятно, с головой у тебя проблемы! Лечить пора… - Он машинально потянулся к карману за волшебной палочкой и сообразил, что на нем не то, что куртки, – рубашки нет. Поразмыслив, Грэм понял, что одеваться ему лень, и за палочкой идти тоже… Но последнее нужно сделать обязательно… Пока Михаэль расспрашивал Рину, Пол усиленно пытался вспомнить, куда он дел свою кожанку. Он точно знал, что на вешалке ее не оставлял, но процесс снятия куртки почему-то не отложился в памяти как таковой… В конце концов, она обнаружилась на полу за спинкой кресла, куда, похоже, свалилась, когда парни с него навернулись. Палочка в кармане присутствовала.
В полном вооружении, Грэм обернулся к приятелям с твердым намерением вылечить-таки пострадавший затылок Кромма и обнаружил того носящимся по гостиной с какими-то невнятными восклицаниями и лихорадочным блеском в глазах. Так, я что-то пропустил? Что еще ему на голову свалилось? Но когда Михаэль метнулся к столу, снес с него половину бумаги и плюхнулся прямо на пол, увлеченно что-то строча на коленке, всё встало на свои места. Ну как всегда, вдохновение нахлынуло неожиданно. С чего бы это, хотел бы я знать? Хотя у меня тоже так бывает… Сидишь вроде спокойно, никого не трогаешь, размышляешь о своем – и вдруг как придет что-нибудь в голову, а гитары под рукой нет! И выкручивайся, как хочешь. А Михаэль к тому же головой так вовремя приложился…тоже можно считать причиной…
Пол мысленно укорил себя в необоснованной жестокости и все-таки подошел к другу. Заглянул через плечо, положив руки ему на плечи:
- Как всегда, твой почерк быстро толком не разберешь…И чем в этот раз одарила тебя муза?
Так, Грэм, руки убери. Убери, кому сказал. И вообще, лучше от него отойди, не мешай человеку думать. Тебе острых впечатлений на сегодня не хватило? Ну, тогда ночью можешь смело отправляться в поход в слизеринскую спальню, а сейчас имей совесть и мозги и не повторяй дважды одну и ту же глупость!
Руки и правда норовили соскользнуть с плеч, категорически отказываясь лежать спокойно, а лицо находилось в опасной близости от лица Михаэля, поэтому Грэм счел за лучшее быстро наложить заклятие на шишку друга и вернуться в кресло – а то сталось бы устроить второе действие этой комедии… А кому оно надо? Правильно, никому… К тому же, как показала практика, сделал он это весьма вовремя: в гостиной появилась Джоанна. Грэм никогда не был против посмешить людей, но третья девушка за раз – это уже чересчур. Хорошо еще, Ванесса спит…
- Привет, Джоанна, - Стоунфайд с удовольствием растянулся в кресле, откинувшись на спинку и закинув на подлокотник ноги. То, что разлегся он прямиком на собственной рубашке, которая от этого наверняка помнется еще сильнее, его как-то не волновало. Он заложил руки за голову прикрыл глаза и понял, что, даже несмотря на такой курьезный облом, он абсолютно доволен жизнью…
- А который, вообще, час? – зевнул Грэм. - Ужин уже был? Наверное, все из Хогсмида вернулись…Любопытно узнать, что им там устроил Снейп и устроил ли вообще. – Он не удержался от ехидной усмешки. Черт…Я, кажется, скоро здесь усну…

0

50

Кэти продолжала весело улыбаться, хотя смеяться, как ни странно, уже не так тянуло. Ну, хоть немного успокоилась, - отметила про себя девушка, откинувшись на спинку кресла. Впрочем, не так сильно, как обычно - падать хотелось не очень сильно. Да и, к тому же, парни уже упали... А два падения кресел за день, это уже немного перебор. А тут Михаэлю взбрело в голову поинтересоваться насчёт Гермионы. Ну, вот, а я-то надеялась, что все уже забыли... И что им говорить?
Но, пока Рина размышляла, Кромм уже стал носиться по комнате, в поисках пера, чернил и пергамента. Задумчиво следя за передвижениями парня, гриффиндорка мысленно радовалась, что на неё такое вдохновение находило редко... Оно вообще почти на неё не находило. Хотя, опять же, если вдруг что-то такое наплывало, творить Катарина тогда могла уже практически в любой области, при чём с явным успехом. Правда, чаще всего она умудрялась как-то не заметить эти моменты, из-за чего приходилось потом придумывать всё путём долгой и мучительной работы. Что далеко не всегда положительно сказывалось на Кэт или ком-то из сокурсников, вынужденном слушать попытки что-то сотворить.
Когда Михаэль всё-таки нашёл то, что ему было нужно, и уселся посреди гостиной, Кембери решила, что теперь про неё точно не вспомнят. Кромм был занят творчеством, Грэм сидел на кресле... Да тут ещё и Джоанна пришла.
Может, теперь-то все про эту дурацкую перепалку забудут?
А нечего было лезть!
Слушай, не читай мне нотаций. Я и так знаю, что ты это прекрасно умеешь делать,
- недовольно откликнулась Кэти на слова своего второго Я. После недолгих препирательств, внутрений голос всё же сдался и умолк, прекратив попытки облагоразумить девушку. Хотя зачем было делать это уже после ссоры, было абсолютно непонятно Рине. Кажется, внутрений голос этого тоже не знал, так как умолк именно после вопроса о том, какой смысл в этой скучнейшей нотации.
- Привет, Джоанна! - поздоровалась Кэт с девушкой. Вопрос Грэма о том, который сейчас час, застал её врасплох. Не зная, что ответить, гриффиндорка просто пожала плечами, показывая, что она без понятия. Посмотрев в окно и заметив, что там уже стемнело, Катарина пришла к выводу, что сейчас уже точно вечер. Вот только какая конкретно его часть?..
- Ну, знаешь ли, если бы все уже вернулись из Хогсмида, сейчас в гостиной было бы полно народу, - произнесла Кембери в ответ на слова Стоунфайда о том, что всё уже должны были вернуться. - Подозреваю, что они загулялись и просто забыли о времени. Хотя сделать это, когда с ними Снейп... Хм... Надеюсь, наши однокурсники вернуться живыми, - хмыкнула Кэти. Нет, они уже могли всё-таки вернуться... Если, например, уже начался ужин... Хотя что я думаю? Наверняка ведь где-нибудь в Хогсмиде успели перекусить! А в общем ладно. Какая мне разница, где их всех носит? А Ванесса, кажется, решила проспать до утра, - мысленно усмехнулась Кэти, посмотрев на всё ещё спящую подругу.

+1

51

- Мне кажется, что если Снейп будет слишком зверствовать, то гриффиндорцы дадут ему отпор, - сказала Джоанна, устраиваясь в кресле поудобнее, что в её понятии означало - найти удачное полулежачее положение, при котором ещё и не будет болеть шея. Пока этот поиск был в медленном, но верном процессе.
- В конце концов там почти все старшекурсники, не пропадут, - улыбнулась девушка. Правда это было всего лишь предположением, ещё надо было учесть, чем будут заниматься слизеринцы. Ведь в конфликтах между факультетами виноватым по Снейпу оказывался Гриффиндор. Слегка нахмурив брови на мгновение, Джо отогнала от себя мысли о возможных неприятностях в Хогсмиде. Ещё не хватало себя накручивать. Наверняка же всё хорошо. Решив окончательно отвлечься от грустных мыслей, Джоанна стала смотреть по сторонам в поисках чего-нибудь позитивного.

+1

52

- Как всегда, твой почерк быстро толком не разберешь… И чем в этот раз одарила тебя муза? – Михаэль вздрогнул от неожиданности, когда над ухом раздался голос Грэма.
- Тю на тебя, опять подкрадываешься, - шутливо проворчал он, запрокидывая голову, чтобы заглянуть в глаза этому коварному злодею, благодаря которому внизу листа – хорошо, не на самом тексте! – расплывалась неэстетичная клякса. Почему-то просто повернуться он не додумался. Некоторое время посмотрел на любимого человека, улыбнулся, показал язык и вернулся к творчеству. – Главное, что я всегда понимаю! И вообще, кто бы говорил про почерк, у самого не лучше! А муза… - он запнулся, подбирая рифму. Пришло озарение, Михаэль нацарапал еще строчку, полюбовался на собственные кучерявые каракули, и только потом ответил. – А муза взяла небольшой отпуск за свой счет, велев назначить своим ИО на этот срок тебя. С чем ты, кстати, прекрасно справился, любовь моя… - он с нежностью потерся щекой о лежащую на плече руку и вновь уткнулся в свой листок. Задумчиво забормотал, вновь переставая замечать окружающий мир: - Когда срочно нужна лирика, из меня максимум кладбищенская романтика прет… А тут нате вам, само явилось! Какая рифма может быть к слову Небо? Правильно, еще одно Небо! Раз, два, три… о, уже одиннадцатое! Странно, я только о девяти слышал… хм… Тьфу, теолог хренов, думай давай… - и Михаэль вновь замолчал.
- Всем привет! - прозвучало за спиной.
Михаэль вздрогнул, уронил чернильницу, поймал ее на лету и обернулся к двери.
- А, привет, - махнул он пером Джоанне, и опять сосредоточился.
Девушка вошла, заняла свободное кресло, завязался разговор… Михаэль вздохнул, окидывая взглядом наполняющуюся учениками гостиную.
Ну вот… Кажется, вдохновение спугнули… А совсем же чуть-чуть оставалось дописать, я же чувствовал!
Кромм еще раз огляделся и почувствовал себя вороной посреди голубятни. Сразу стало как-то неуютно сидеть посреди комнаты, под перекрестным огнем нескольких пар глаз. Собрав не свои, но временно присвоенные письменные принадлежности, он перебрался на ближайший подоконник, к которым питал куда большую симпатию, чем к креслам. Ну да, подоконники не имеют привычки ускользать в самый неподходящий момент, - хихикнул про себя Михаэль. Устроившись поудобнее, с горем пополам домучил стихотворение, перечитал. Вроде бы, хорошо, но… чего-то не хватает.
Спугнули, - с тоской подумал Кромм. – Ну, да и фиг с ним, не впервой. Надо будет Грэму зачитать, вдруг мне только кажется, что оно получилось не ахти?
Михаэль перечитал творение еще раз, решил, что он слишком критичен, и в целом очень мило…
Оторвавшись от бумаги, парень задумчиво уставился в окно, рефлекторно дернув пальцами.
Тьфу ты, ножа-то нет… Кругом одни подставы! – мысленно возмутился Михаэль. Потом вспомнил, что давненько чего-то не общался со своими любимцами (и с ножами, и с Вирусом, кстати!) и загорелся желанием быстренько сгонять в комнату и срочно уделить им минут сорок как минимум. Он уже, было, совсем собрался огласить эту мысль и слинять из гриффиндорской башни, как краем уха уловил заинтересовавшее его слово.
- Ужин? – с энтузиазмом спрыгнул с подоконника слизеринец и пошел к столу – собирать раскиданные им в порыве вдохновения листы и возвращать чернильницу с сильно пострадавшим (весьма ощипанным) пером. – Кто сказал это волшебное слово, о прекрасные целители моего измученного сердца? Мы идем на ужин? Знайте, я исключительно за, всеми руками и ногами!
Собрав письменные принадлежности в кучку и сжимая сложенный вчетверо листик в руке, Михаэль обернулся и оперся о стол, любуясь открывшейся картиной. Мило посапывающая Ванесса, рядом - задумавшаяся Джесси, тоже прехорошенькая, несмотря на то, что лично Кромму неприятная. Подобравшая под себя ноги трогательная спросонья Катарина. Только что вошедшая, раскрасневшаяся от быстрого подъема по ступенькам Джоанна. И все такие очаровательные и прелестные, что Кромму стало жаль, что раздвоение личности возможно только с медицинской точки зрения.
Мерлин, красота-то какая... - умиленно подумал Михаэль. - Влюбиться что ли, во всех сразу?
Потом он нашарил взглядом Грэма, окончательно растаял и расплылся в довольной улыбке. Влюбляться в кого-то еще ему сразу расхотелось. Вид полуобнаженного взъерошенного басиста, так потрясающе поэтично и эротично возлежащего в кресле, настолько понравился Михаэлю, что тот с превеликим трудом подавил в себе желание срочно воспользоваться моментом и...
На этом месте фантазия выдала столько вариантов ответов, что парень даже слегка растерялся. Показательно, что приличных с точки зрения общепринятой школьной морали там не было ни одного... Дабы помочь себе сдержаться, он скрестил руки на груди. Не слишком помогло, фантазия разыгралась не на шутку...
Ну, Грэм, сволочь такая... Издеваешься, да?! А вот я же сейчас не выдержу! У, коварный соблазнитель... Хоть бы рубашку накинул! Нет, но какое же у него красивое тело... Тьфу, Михаэль, отвлекись ты!
Сообразив, что так просто успокоиться не получится, Михаэль "Акцио" позвал из комнаты один из своих ножей и сосредоточенно начал вращать его в пальцах с максимально возможной скоростью, чтоб отвлечься от него было сложно.
Ну, Грэм... Ох, я тебе отомстю... потом забуду, и еще раз отомстю! А вот возьму и не подойду! А зачем? Правильно, тут лучше! Как же хочется коснуться губами его шеи, потом... Нет, я сейчас окончательно свихнусь... Грэм, прекращай издеваться! - но любимый этих мыслей не слышал и, кажется, вообще чуть ли не задремал. Чтоб заставить себя вернуться на землю, Михаэль коротким незаметным движением полоснул себя поперек ладони. Теплая, ласковая боль волной докатилась до плеча и опала. Михаэль сжал руку в кулак и вновь задумался о побеге: незаметно поднести руку к губам не получится, а пугать девушек своим поведением он не хотел.
Мерлин, сейчас же на пол капать начнет... - панически подумал Кромм, уже ругая себя за поспешный жест. - Что же делать... Думай, думай быстрее!
Одно радовало: от мыслей о таком близком и таком соблазнительном Грэме он успешно отвлекся...

Отредактировано Михаэль Кромм (2008-05-08 02:06:18)

+1

53

- Да уж, нашим старшекурсникам палец в рот не клади, - усмехнулся Грэм. - У них даже на Снейпа иммунитет вырабатывается. Тем более, не такой уж он и жуткий, как все считают. Есть гораздо более страшные люди... Близнецы Уизли, например...
Грэм поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, и окончательно растаял. В гостиной царила настолько дружелюбная и уютная атмосфера,что губы так и норовили расползтись в глупой счастливой улыбке. Сонное тепло в удивительно удачной пропорции смешалось с оптимистичным энтузиазмом: Стоунфайда абсолютно устраивало текущее положение дел, но в то же время он был готов сорваться с места и взяться за любое дело, если это будет необходимо.
- Ужин? Кто сказал это волшебное слово, о прекрасные целители моего измученного сердца? Мы идем на ужин? Знайте же, я исключительно за, всеми руками и ногами!
Грэм аж фыркнул от такого энтузиазма. Да уж, вдохновение даром не проходит. Но поужинать он и сам был не против: со вчерашней ночи, как-никак, ничего не ел...
- Думаю, стоит хотя бы проверить - вдруг там еще кормят! - в конце концов изрек он. - Лично я с утра ни черта не ел, и, если что, отправлюсь прямиком на кухню... Девушки, вы ведь с нами?
Он еще с десяток секунд понежился в кресле, потом все-таки заставил себя с него соскрестись. Сделать это было вовсе не так трудно, как казалось вначале: Грэм наконец сообразил, что в его положении было отрицательного - он лежал один,а это было отнюдь не так занятно и приятно, как в хорошей компании...с кем-нибудь в обнимку... Организовать ее, что ли, эту хорошую компанию? Нет, сначала ужин... Да и не здесь: достаточно мы уже девчонок поразвлекали, а тут, к тому же, скоро толпа народу будет!
Поэтому Грэм скинул ноги с подоконника,сел в кресле, потянулся с довольной улыбкой, одновременно скребя ногтями лопатку и разминая шею, и только потом лениво приоткрыл глаза.
- Так, Михаэль, ну ты-то точно идешь со мной на ужин, я прав?
Грэм нашарил в кресле свою рубашку. Некоторое время скорбно созерцал помятую, словно изжеванную ткань - одеждой это назвать язык не поворачивался - и со вздохом перекинул ее через локоть. Это никуда не годится. Нужно за новой идти в комнату... А может, ну ее? В куртке дойду. Или топлесс - кого здесь этим удивишь!
Приняв таким образом решение, он подошел к стоящему возле стола Михаэлю:
- Пойдем, что ли, любовь моя... - Рука скользнула по талии парня...и тут только он заметил алые потеки на сжатой в кулак ладони и знакомый нож. И когда он успел?! - изумился Стоунфайд, невольно беря Михаэля за предплечье раненой руки. - Михаэль... Ну зачем... - Мягкий укор в голосе, холодная жажда в глазах. Не зря, оказывается, Грэм с таким упорством мечтал о крови любимого... Вот она, сколько угодно - но, как всегда, к желанию попробовать ее примешивается досада и стыд за то, что он пользуется чужой болью... Сознательной, добровольной - но болью! И, тоже как всегда, Грэм несколько секунд слегка растерянно и виновато вглядывался в глаза любимого, словно спрашивая пристальным взглядом: "Можно? Очень...очень хочется. Ты ведь знаешь, как я люблю твою кровь. Никто не увидит: сейчас я загораживаю тебя спиной, а потом тем более не будет ясно, что я пью твою кровь, а не, к примеру, целую тебе руки... Так можно? Спасибо. Я люблю тебя..."
Грэм разжал тонкие пальцы и несколько раз скользнул языком по ладони,отовсюду собирая разбежавшиеся алые ручейки; потом припал губами к собственно порезу, невольно закрыв глаза и чуть ли не застонав от наслаждения. Рубашка соскользнула с локтя и упала на пол, занятая до этого ей рука сжала бледное запястье, губы дрогнули в подобии довольной усмешки. Знакомый вкус вскружил голову, напрочь выбив воспоминания и способность адекватно оценивать ситуацию... И куда только подевалась давешняя умиротворенность!
- Вкусно? - Ехидная усмешка тронула губы Михаэля, когда Грэм оторвался от раны и прерывисто вдохнул.
- Еще как.
Стоунфайд открыл глаза, уже без улыбки посмотрел на Кромма и без лишних слов притянул его к себе, впившись в губы голодным поцелуем. Жадным, нетерпеливым, даже в чем-то властным: такую бесцеремонность он позволял себе крайне редко... На губах играл металлический привкус крови, который теперь наверняка почувствовал и Михаэль. Окружающие в очередной раз были забыты, Грэм обхватил любимого за талию, сплетясь пальцами другой руки с его окровавленными пальцами, и слегка склонил его к столу, заставив чуть выгнуться.
- Зверею от человеческой крови, - выдохнул Грэм, резко отстраняясь и запрокидывая голову. На мгновение замер так, все еще не выпуская Кромма, - приводил мысли в порядок и раскладывал их по полочкам. В голове, как ни странно, наступил полный порядок: например, Грэм четко представлял, что он собирается сейчас делать, и был на девяносто девять процентов уверен, что Михаэль его только поддержит.
Он обернулся к девушкам и невозмутимо произнес:
- Мы за рубашкой сходим. Не могу же я в таком виде идти. - Ага, и будем считать, что тебе все поверили. Если учесть, что ты только что с африканской страстью набросился на своего парня, с явным трудом удержавшись в пределах поцелуя, а теперь заявляешь, что вы с ним удаляетесь за рубашкой...к тебе в спальню...вдвоем... Разумеется, все поверили, иначе и быть не может! Но Грэм как-то и не рассчитывал кого-нибудь обмануть: он просто хотел дать понять, что для них с Михаэлем планы по поводу ужина на ближайшее время отменяются... - Пошли, милый?
Взяв Кромма за здоровую ладонь, Грэм торопливо, чуть ли не бегом понесся к выходу к комнатам, мысленно уговаривая себя не останавливаться в ближайшем пустом коридоре. Ему совершенно не хотелось, чтобы вышло как в прошлый раз с креслом. Да и появится может кто угодно в любой момент - проблем потом не оберешься... А второго срыва таких многообещающих планов Грэм бы не выдержал...
>>>Комната Грэма Стоунфайда

+1

54

Я дарю тебе букеты
Алых слез из моего запястья,
Я держу в руках ответы
на вопрос о том, что значит "счастье"...
(с) Draw

- Так, Михаэль, ну ты-то точно идешь со мной на ужин, я прав? – привлек к себе внимание растерянного и уже напрочь забывшего о своем желании покушать Михаэля. Все мысли его были заняты глупым порезом на руке…
Как психом ты был, так и остался… Вот что нормальные люди делают, чтобы отвлечься от каких-то мыслей? Хм… Ну уж точно не режут себе руки! А ты, Михаэль, тот еще оригинал…
- О да, куда ж я денусь! Если меня не покормить, я могу съесть кого-нибудь из присутствующих… никто не пожертвует кусочек в пользу несчастного голодного слизеринца, нет? А как же межфакультетская взаимопомощь? Хм… М-да, согласен, перестарался… Какая уж тут взаимопомощь! – хмыкнул Кромм. Взаимоотношения между красным и зеленым факультетами были уже притчей во языцех, и «взаимовыручкой» в них даже и не пахло.
О-ой, чувствую, уже потекло… Мерлин… Только бы девчонки не заметили… Милый, ну что ж ты копаешься… Поскорей бы в коридор выйти!
- Пойдем, любовь моя, - подошедший Грэм нежно обнял его за талию и… ох, ну и ничего себе кровь хлещет! – отстраненно подумал Кромм, когда парень взял его за предплечье. – Михаэль… Ну зачем… - с укором в голосе пробормотал Стоунфайд.
- Хм… Если я скажу, что это случайно получилось, это будет звучать очень глупо? – виновато улыбнулся он в ответ. И заметил жадный, лихорадочный взгляд любимого… Слова – укоряли, но этот взгляд… Он молил. О глотке крови – как о высшей божественной милости… А еще где-то в глубине притаилось чувство вины.
Кровопийца ты мой, - с непередаваемой нежностью подумал Михаэль. – Мой любимый, прекрасный вампир… Ну конечно же, да, зачем спрашивать? Ты же прекрасно знаешь ответ… И прекрасно знаешь, что мне это нравится так же, как и тебе… Но почему-то каждый раз боишься сделать мне больно…
Чтобы у любимого не оставалось никаких сомнений, Кромм осторожно его поцеловал – едва коснулся губами губ. Грэм прекрасно все понял. Его пальцы бережно разжали нервно стиснутый кулак Михаэля, язык прошел по пальцам, собирая горячую влагу и даря острое, ни с чем не сравнимое наслаждение. Потом губы жадно припали к самому порезу. Пульсирующая, слабая, но навязчивая боль куда-то ушла, оставив только непонятное, тянущее ощущение в глубине руки и наслаждение от прикосновения этих нежных, настойчивых губ…
- Вкусно? – не удержался Михаэль от ехидного комментария при виде довольной физиономии любимого. Он как-то упустил при этом из виду, что его собственная физиономия выглядела не менее довольной…
- Еще как! – хрипловато пробормотал Грэм, поднимая на него взгляд. От одного этого взгляда Михаэлю показалось, что температура в гостиной разом подскочила градусов на десять. Вновь безумно захотелось, чтобы рядом никого больше не было. А уж когда любимый впился в его губы требовательным, жадным поцелуем с кроваво-металлическим привкусом, и слегка прогнул его назад…
Что ж мы делаем? Что, второй акт этой комедии абсурда? Лица – те же, плюс Джоанна, место действие – двумя метрами севернее? Любовь моя, может, все-таки, не надо?
Но это были мысли, пусть и правильные, но абсолютно бессильные. Окровавленный нож лег на стол, поверх сложенного вчетверо листка бумаги. Михаэль со всей возможной страстью ответил на поцелуй, запуская свободную руку в волосы басиста и наслаждаясь отчаянной, властной страстью того. Видимо, в отличие от Михаэля, его возлюбленный контролировал себя куда лучше – слизеринец-то вообще уже напрочь забыл, где они находятся – и отстранился.
- Обожаю, когда ты так делаешь… - с задумчивой улыбкой пробормотал Михаэль. – Надо почаще тебя кровью поить… От меня не убудет, это уже почти привычка, а сколько пользы и удовольствия!
- Зверею от человеческой крови… - тихо подтвердил Стоунфайд. Михаэль всмотрелся в лицо парня, слегка перемазанного кровью и улыбнулся еще шире.
- Мой прекрасный вампир… - еле слышно прошептал Кромм, здоровой – а главное, чистой! – рукой, стирая с лица любимого алые разводы. Получилось не сказать, чтобы очень хорошо, но все же лучше, чем было. И даже почти не заметно… Зачем пугать девушек своими странными привычками? Катарина, как упоминалось уже неоднократно, и не к такому привыкла, а вот остальные… Могли подумать что-то совсем не то… Или как раз таки то, вот только от этого не сильно легче.
- Мы за рубашкой сходим. Не могу же я в таком виде идти! – невозмутимо предупредил девушек Грэм, беря его за руку. Михаэль не удержался и хихикнул. О да, и они тебе, конечно, поверят! Пойдем, милый?
Михаэль даже отвечать не стал – можно подумать, Грэм не знает, что он ответит… Взявшись за руки, они выскочили из гостиной. Отвлекая себя от идеи задержать любимого человека в ближайшем темном углу и решив-таки дойти с ним до комнаты, Михаэль попытался немного подумать… Или, хотя бы, попробовать это сделать!
Вот они, превратности судьбы! Руку зачем резал? Чтоб отвлечься от всяческих мыслей нехороших… хотя… почему это нехороших? Очень даже хороших! Просто сильно неприличных… И в итоге добился совершенно обратного! Вот и думай теперь…
С другой стороны, чего тут думать, если мы наконец-то сейчас останемся с ним наедине, вдвоем в его комнате… все еще не вернулись из Хогсмида, или уже ушли в Большой зал, и никто нас не потревожит… Господи, спасибо, что услышал мои молитвы! Теперь я знаю: ты все-таки есть. Главное теперь дойти-таки до его комнаты, а не застрять на полдороге… Ой, нет, не застрянем! Уже почти пришли… Ага… Ну наконец-то! Иди ко мне, милый… Как же я тебя хочу…

>>>Комната Грэма Стоунфайда

+1

55

Кэти, сидя в кресле с якобы невозмутимым видом, да и к тому же успевшая уже пригреться, практически засыпала. Из этого полусонного состояния её вывел горящий энтузиазмом голос Михаэля:
- Ужин? Кто сказал это волшебное слово, о прекрасные целители моего измученного сердца? Мы идем на ужин? Знайте, я исключительно за, всеми руками и ногами! - произнёс спрыгнувшись с подоконника слизеринец. У девушки мелькнула была мысль о том, что можно ответить, но через несколько секунд она сообразила, что вопрос всё-таки был риторическим. Свернувшись в кресле, Рина задумчиво наблюдала за всеми находящимися в гостиной людьми. Спать почему-то хотелось очень сильно, но, с другой стороны, скоро всё равно должен был быть отбой... А если учесть, что после завтрака она так ничего и не съела... Надо, пожалуй, всё-таки сходить на ужин, - решила гриффиндорка.
- Думаю, стоит хотя бы проверить - вдруг там еще кормят! Лично я с утра ни черта не ел, и, если что, отправлюсь прямиком на кухню... Девушки, вы ведь с нами? - сказал Грэм, окончательно выведя Катарину из сонного состояния.
- Я им дам не кормят! - практически неслышно пробормотала гитаристка, всё же садясь на кресле. - Не знаю как остальные, а я с вами - сама с утра ничего не ела, - улыбнулась Кембери. Но практически тут же она прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть зевок - кажется, проснуться окончательно ей светило не скоро.
Девушка сидела в кресле, обняв коленки и положив на н их голову - сидеть так было гораздо удобнее. Стоунфайд же, тем временем нашедший свою рубашку и оставшийся явно недоволен её внешним видом, подошёл к Михаэлю. Придя к мысленному выводу, что сейчас опять что-то начнётся, Кэт решила, что всё-таки будет спать. 
Закрыв глаза и просидев так совсем недолго, гриффиндорка поняла, что поспать ей сегодня не дадут - Грэм, сказав, что они вместе с Михаэлем пошли за его рубашкой, вышел из гостиной. В последний момент открывшая глаза Рина заметила, что на лице у него видны еле заметные красные разводы. Так... И откуда взялись эти разводы? Хм... Подозреваю, что Кромм в очередной раз порезался... Нет, точно Грэм вампир недоделаный, - мысленно усмехнулась девушка. Нет, ну а что ещё можно было подумать о парне, на лице которого красные разводы неизвестного происхождения? А если ещё учесть тот факт, что до этого эти разводы несколько раз оказывались чужой кровью...
- Мы на ужин идём без вас! - крикнула Кэти вслед парням. Почему-то было смутное подозрение, что если сидеть и ждать, пока они найдут рубашку Стоунфайда, на ужин они точно не попадут. Правда, есть от этой мысли хотелось не меньше. Посмотрев на Ванессу, которая так и не проснулась, Катарина перевела взгляд на Джесси и Джоанну.
- Ну так что? Идём есть? - поинтересовалась Катарина у сокурсниц.

Отредактировано Катарина Кембери (2008-05-12 14:42:03)

+2

56

“Мороз и солнце день чудесный, а ты не жравших, друг прелестный”
Мда.. Стихи никогда не были сильной стороной Лайт. Ну а по утрам, когда солнечные лучи нагло лезут к тебе что бы разбудить, а всякие там соседи, так и пытаются пинками тебя согнать с кровати, то стихи и вовсе отплывают на второй план. На счастье, или на беду, Лайт, сегодня утром про неё все забыли, как ни странно( зато когда надо будет что то починить, обязательно же вспомнят), и и именно поэтому, она проспала. Это было больным местом сие существа, вечная несобранность и разгильдяйство, вечно были виновниками её опозданий и просыпаний. Не было и дня, что бы она куда то не опоздала, или вовсе не забыла прийти.
Сегодня был как раз такой день, пардон, утро. Сразу все как то не заладилось. С вечера разбила любимый будильник(вернее один из тысячи любимых), и поэтому проснувшись обнаружила что осталась абсолютно одна, и при том опаздывающая на завтрак. Тут еще, как на зло, эти разбросанные вещи…
Короче, в гостиную она выскочила при полном параде. Волосы не причесанные, прическа а-ля “птичье гнездо”. Мантия в одной руке, правый кроссовок в другой. Очки на бикрень, на ходу обувается левый туфель.. Туфель! Какого… Ну вот, пришлось опять бежать в комнату, что бы извлечь из под кровати тот злосчастный кроссовок, и за одно прихватить расческу и сумку.
“Да что ж за утро сегодня такое?!”
Наконец, в ходе боевых действий с волосами, кроссовками, и очками, победу одержали наши войска в числе одно бойца. Теперь Лис, была более менее похожа на девушку( не говоря уж о человеке). Правда на поясе как всегда болталась сумочка с инструментами( ну зафиг в школе инструменты? Тут даже электричества нет), а в сумке так и побрякивали какие то капсулки.
Остановившись по среди гостиной, Лайт теперь с усилием соображала зачем она пришла сюда в общем, и куда ей надо вообще. Подумав минут пять, она наконец победоносно вскинула указательный палец и произнесла:
- Завтрак! А я то думаю, что я забыла..
Но тут же пришла и другая мысля, которая приходит опосля, и в большинстве случаев является хорошей. Идти в большой зал одной, было как то шило, к тому же большинство сокурсников все еще были в башне, поэтому Лайт, пару раз обругав себя за спешку, плюхнулась в одно из кресел, и направила ожидающий взгляд на проем, ведущий из спален.

+3

57

Угрызение совети... Что может быть противнее! Оно заполняло все мысли, упорно твердя о дурном поступке, не подобающем девушке вроде нее. Оно звучало колокольным звоном в голове, вызывая желание заткнуть уши. Но, увы, этот звон был внутри. "Я не смогу больше появиться на его уроке. Я просто сгорю со стыда. И как мне объяснить, что это была не я? Или все таки... я? А что скажут остальные? Впрочем, они уже вчера сказали все, что думают. И я их за это наказала. Наверно, Ванесса и Катарина в чем-то были правы. Но я же не контролировала себя!" Гермиона жалела, что она не страус и не получится зарыть голову в песок. Придется жить дальше. Каждый день видеть человека, с которым была так близка, и осознавать, что все чувства почему-то угасли. В это не хотелось верить. Это не могло быть правдой, но было. Оставалось только собрать всю волю в кулак и идти дальше. "Ничего, терпеть и страдать от совести осталось совсем недолго... всего лишь каких-то пять месяцев!". И от последней мысли на душе стало еще паршивее. Истерический смех вырвался из груди. Полная Дама удивленно повернула к нейголову, вопрошающе глядя в лицо гриффиндорки. Гермионе в который раз за сегодняшнее утро стало неловко за свое поведение. Усмирив в себе желание бежать с глаз долой, проговорила пароль и шагнула в гостиную своего факультета.
Там кажется кто-то уже был. "И кому в каникулы не спиться?" Меньше всего хотелось увидеть Ванессу или Катарину. Тогда она была зла на них, а теперь испытывала чувство вины. Но к счастью, в гостиной была всего лишь Лис. Милая и забавная девушка, с которой, кажется, никто и никогда не ссорился. Хотя поручиться за это Герм не могла.
-Доброе утро,- голос прозвучал не слишком-то радостно, а скорее напоминал загробный.

0

58

Конечно же, в каникулы как никогда хотелось спать. И даже яркое веселое солнышко, так ласково светящее в окно, не могло подавить это странное желание.  Устроится в мягком , просторном кресле, которое так и манит окунуться в объятья морфея. Лайт признаться даже задремала, уже успев поудобней свернуться калачиком, но скрип портрета( ну люди, смажьте бедную тетеньку, а то она детям спать не дает!) буквально вырвали её из приятной полудремы, заставив вновь очутится в реальном мире.
Лайт, даже не смотря на сонливость, тут же вскочила на кресло, и взглянула кто же так рано решил посетить грифиндорцев. Она очень надеялась что это ни профессора, так как видеть их на каникулах было больше её возможностей. На счастье Лайт, это была её сокурсница и староста школы в одном лице, Гермиона Грейнджер. В последнее время по школе ползли разные слухи, касающиеся данной леди, но Лис никогда не была склонная к критикованию людей. Этот мир, увы, неидеален, но поэтому он так прекрасен, эти слова, услышанные однажды на долго въелись в память девушки. Со временем память стирала лица, имена, даты, но слова, навечно впечатывались в неё, и забыть их было порой сложно.
Лайт радостно улыбнулась и ловко перепрыгнув через спинку кресла перед сокурсницей.
“Доброе утро”
Если бы Лис не видела перед собой Гермиону, то она никогда не поверила что та может так говорить. Что случилось с голосом, всегда строгим и сильным, а сейчас слабым и беззащитным?
“Бедная, как же её все достали наверное. Нет, в нашем Хоге что то творится, и это что то всеобщее бешенство.”
- И тебе доброго утра, ты какая то бледная, наверное не ела еще ничего,- с места в карьер начала Лис,- у меня предложение, от которого тебе будет трудно отказаться,- девушка выждала паузу, прищурено глядя на Гермиону,- есть предложение сходить перекусить. Мне тоже бы не мешало, а то я из-за новой модели часов, вчера ужин пропустила. Папа прислал, такая прелесть, жаль маги не пользуются техникой,- Лайт болтала как заведенная, может этим она хотела как то расшевелить девушку,- ну что же?Причем пока она болтала, Лайт успела подобрать сумку, поправить мантию и направится к двери, что означало “отказы не принимаются.”

+2

59

Лис снова и снова удивляла Гермиону. Она была непредсказуема и часто вызывала у Гермионы улыбку одним своим видом. Нет, Гери никогда не смеялась над ней. Она просто всегда была рада ее видеть, хоть они и не были хорошими подругами. "Да уж, на подруг у меня всегда не хватает времени. Учитывая то, как часто Гарри с Роном попадают в истории,  странно, что у меня вообще есть на что-то время".
- И тебе доброго утра, ты какая то бледная, наверное не ела еще ничего, у меня предложение, от которого тебе будет трудно отказаться. есть предложение сходить перекусить. Мне тоже бы не мешало, а то я из-за новой модели часов, вчера ужин пропустила. Папа прислал, такая прелесть, жаль маги не пользуются техникой. ну что же?
Девушка говорила быстро, не давая Гермионе и слова вставить. Более того, она даже не стала дожидаться ее согласия, демонстративно направляясь к выходу.
-Мне бы сначала...
Робкая попытка хоть что-то сказать не увенчалась успехом. "Ох уж эта Лис!" Но злится на нее было просто невозможно. Да и бесполезно. К тому же желудок уже начинал давать о себе знать. Гермиона даже не помнила, когда в последний раз ела.
"Кажется это было позавчера..." Вчера ей было как-то не до еды. А теперь дикое чувство голода начинало просыпаться, заставляя ее позабыть обо все другом.
-Пойдем. Жутко хочется есть!
Бросив печальный взгляд в сторону лестниц, ведущих в ее спальню, Гермиона последовала за Лис на завтрак. И тут проснулось чувство долга. Ей захотелось узнать, как они вчера провели время. "Кого ты обманываешь? Признайся, что хочешь узнать, что о тебе сплетничают!"
-Как вчера прошла прогулка в Хогсмит? "Глупый вопрос. Теперь последуют распросы..."

0

60

Всё это время девушка слышала о чём говорят в комнате, но до её сознания долетали лишь обрывки фраз, да и те проникая в сон, сплетались и растворялись в нём. Какие-то образы и картины проносились в сознании девушки, но вот какой-то круглый обод, нет это скорее кольцо, да это точно кольцо, то самое, что девушка нашла в подземелье. Оно приближалось сквозь мрак сна и светилось неясным светом, становившимся всё ярче и ярче, но вот этот свет стал, невыносимо ярким и... Несса проснулась, выпутываясь из сладких объятий Морфея. Первые несколько мгновений девушка ничего не могла рассмотреть в гостиной и ей казалось, что она ослепла на самом деле, но постепенно зрение вернулось и она поняла, что это был всего лишь сон. Рука Ванессы скользнула в карман и достала это самое кольцо, она в некой задумчивости повертела его в пальцах и надела на безымянный палец. Гриффиндорка взглянула на часы и, поняла, что уже наступило время идти на завтрак, с тяжёлым вздохом Несси поднялась с кресла и направилась к двери.
========Большой зал

ОСС:знаю, что сначала надо было писать этот пост, а после в БЗ, но Герми мне позволила написать пост сначала там, а уже после тут))

+2


Вы здесь » Semantics: The Conweb Of Words » На долгую память » Гостиная